Статьи

На этой неделе умер Роберт Эмерсон Лукас, один из самых влиятельных экономистов XX в., нобелевский лауреат, ученый, изменивший экономическую науку и политику. О совершенном им перевороте, о концепции рациональных ожиданий и «критике Лукаса» в колонке для GURU рассказывает Константин Егоров, научный сотрудник Института финансовых исследований им. Лейбница (SAFE) и выпускник РЭШ. Почему, например, самая проработанная и подтвержденная экспериментами госпрограмма может с треском провалиться? Ответ дал Роберт Лукас.

Суд является важнейшим элементом системы власти, обеспечивающим контроль за двумя другими ее ветвями – законодательной и исполнительной. Но суд должен быть независим от них, чтобы механизм разделения властей работал. Как добиться этого в странах, где еще нет сильных, устоявшихся демократических институтов? Начинать нужно с выбора системы назначения судей, считает профессор РЭШ Султан Мехмуд. В колонке для GURU он рассказывает о многовековом споре между сторонниками двух разных подходов и уникальном естественном эксперименте, который, кажется, позволяет назвать победителя этого спора.

Что о русской экономике второй половины XIX в. может рассказать литература той эпохи? Оказывается, довольно много: хотя писателей интересовал скорее внутренний мир героев и вопреки цензуре, русская классика может дать богатый материал для экономических исследований, считает филолог Татьяна Трофимова, которая преподает на Совместном бакалавриате ВШЭ и РЭШ. С ней «Экономика на слух» записала двухсерийный выпуск – о произведениях Толстого, Гончарова, Тургенева, Салтыкова-Щедрина, Чернышевского и других классиков, о том, как раскрывается жизнь империи на страницах их романов, в очерках и письмах, об их влиянии на умы, об их экспериментах, о том, на что способен человеческий капитал даже в самых суровых условиях. 

Инвестирование в соответствии с принципами ESG (защита окружающей среды, социальная ответственность, качество управления) – явление относительно новое. Подобные фонды привлекли в последние годы триллионы долларов, но стали страдать болезнями роста. А в погоне за модным ныне экологическим принципом фонды начали забывать о, казалось бы, наиболее проработанной части триады – управлении.

Почему инструментарий экономистов используется для поиска ответов на самые разные вопросы, казалось бы не имеющие отношения к экономике? Оказалось, он позволяет с помощью относительно точных методов изучать самый непредсказуемый объект, который постоянно меняется, обладает собственной волей, да еще с ним почти невозможно ставить эксперименты. Даже при неверных предпосылках инструментарий экономистов позволяет оценивать связи между различными явлениями. В этом им помогает эконометрика. О ее методах, о том, как строить модели, о силе и слабости экспериментов подкасту «Экономика на слух» рассказала профессор Массачусетского технологического института и выпускница РЭШ Анна Микушева. GURU публикует тезисы, подготовленные на основе этого выпуска. Итак, представьте, что вы экономист, наблюдающий за центробанком. И ваша задача – оценить эффективность его политики.

Центральные банки меняются на глазах. Из закрытых структур, которые если и общаются с миром, то в стиле «невнятное бормотание», они превращаются в открытые организации, стремящиеся говорить с самой широкой аудиторией на ее языке. Исследователи пишут о революции в коммуникационной политике. Зачем центральные банки ее устроили? 

В мире происходит смена демографического лидера: Китай уступает пальму первенства Индии. За этой статистической новостью скрываются большие экономические тренды. Изменение численности и структуры населения может многое рассказать о ситуации в экономике и ее будущем. О четырех важных – и не самых банальных – трендах, связывающих демографию и экономику, рассказывает в колонке для GURU главный экономист по России и СНГ ИК «Ренессанс Капитал» Софья Донец.

Ни один коммерческий сектор экономики не получает такой помощи от государства, как банки, и это в очередной раз подтвердила мартовская паника в США и Европе. Но, постоянно подстраховывая невидимую руку рынка, не искажают ли регуляторы рыночные стимулы? И не провоцируют ли участников рынка брать на себя все бóльшие риски?

Что произошло с российской экономикой – почему ей удалось избежать обрушения, почему ее не ждет сильный рост и где сосредоточены главные риски? О том, как происходит новая перестройка, «Экономика на слух» побеседовала с Олегом Шибановым, профессором РЭШ, руководителем Центра макроэкономических исследований «Сбера», и Софьей Донец, главным экономистом «РенессансКапитала». Россия сохранила сырьевую модель экономики, что не так уж и плохо, объясняют они, куда большей проблемой стали бы ее милитаризация и отказ от рынка. Этого не случилось. Дальше многое будет зависеть от бюджета, конкурирующего с бизнесом за ресурсы, от выбора модели развития, а еще от того, будет ли у бизнеса, выражаясь языком Джона Мейнарда Кейнса, animal spirits (англ. - дух жизнерадостности) или же им овладеет уныние. GURU в 10 вопросах рассказывает о ситуации в экономике

Волатильность обменных курсов устойчиво снижается с 1970-х – 1980-х гг. и оставалась на удивление стабильной с начала XXI в., несмотря на высокую турбулентность в мировой экономике. Лишь в последние 15–18 месяцев волатильность валют вернулась на более привычный уровень вместе с ростом неопределенности в динамике процентных ставок. Это подтверждает, что денежно-кредитная политика – один из основных факторов волатильности обменных курсов, утверждают в совместной колонке Итан Илзецки (Лондонская школа экономики), главный экономист Всемирного банка Кармен Рейнхарт и Кеннет Рогофф (оба из Гарвардского университета). GURU публикует перевод их статьи, опубликованной на сайте Центра исследований экономической политики (CEPR).

«Ничто так не обманчиво, как слишком очевидные факты», – справедливо считал Шерлок Холмс. Чем очевиднее факты, чем подробнее статистика, тем проще обмануть с ее помощью и тем устойчивее основанные на ней заблуждения. GURU рассказывает о приемах, которые могут использоваться для такого манипулирования, а также о тех ошибках, которые мы совершаем при интерпретации фактов, будь то статистика или события в нашей жизни. В конце статьи вас ждет небольшой список книг, которые рассказывают о наших заблуждениях, их причинах, о том, как выпутываться из паутины данных и их неверной интерпретации.

Чтобы понять, как люди принимают решения и насколько рационально действуют – а это ключевые для экономики вопросы, – экономисты занялись сначала изучением психологии, а затем – мозга. Так родилась нейроэкономика, или нейробиология принятия решений. О ее удивительных достижениях «Экономике на слух» рассказывала Ксения Паниди из Высшей школы экономики, выпускница РЭШ. GURU публикует основные тезисы этого выпуска.