Статья

Как менялась энергетическая безопасность: от военного флота до зеленого перехода

«Энергетическая безопасность» – понятие, которое все чаще упоминается в новостных сообщениях, особенно в последние месяцы. Как правило, об энергетической безопасности говорят в контексте зависимости стран от импорта энергоресурсов. В самом общем виде Международное энергетическое агентство (МЭА) определяет энергетическую безопасность как «непрерывный доступ к энергоресурсам по доступной цене». За последние десятилетия подход к энергетической безопасности стал включать значительно больше аспектов, чем зависимость страны от зарубежных поставок. Хотя начиналось все с безопасности в военном смысле.

Один из самых ранних примеров, когда энергетическая безопасность стала важным вопросом государственной политики, была подготовка Великобритании к Первой мировой войне. В 1911 году Уинстон Черчилль перешел с поста министра внутренних дел на пост Первого лорда Адмиралтейства и занялся обновлением британского военного флота. Большинство кораблей использовали уголь, переход на нефть сделал бы флот быстрее и маневреннее, но фактически вставал вопрос энергетической безопасности, пишет экономист Дэниел Ергин в знаменитой книге «Добыча: Всемирная история борьбы за нефть, деньги и власть», отмеченной Пулитцеровской премией. 

Англия была богата углем, но практически не имела собственных запасов нефти. Решением стало приобретение Англо-Персидской нефтяной компании (APOC, именно она десятилетия спустя превратилась во всемирно известную British Petroleum, предшественницу современной BP). В 1914 году, незадолго до начала войны, британское правительство за 2,2 млн фунтов купило 51% акций компании, а Адмиралтейство заключило с APOC 20-летний контракт на поставки топлива, часть прибыли поступала бы в британскую казну. «Так нефть в первый, но разумеется не в последний раз стала инструментом государственной политики, стратегическим сырьевым товаром номер один», – заключает Ергин. 

Академические исследования энергетической безопасности начались в 1960-е и рассматривали поставки топлива уже как один из аспектов Холодной войны. Так, в статье 1961 года американский экономист Гарольд Лабелл указывал, что все более активный переход на нефть и нефтепродукты во всем мире ставит Западную Европу в наиболее уязвимое положение, потому что она, в отличие от других крупнейших потребителей – США и СССР, не имеет достаточных собственных запасов. Лабелл даже призывал снизить темпы этого нефтяного перехода и не спешить с отказом от угля. Нефтяной шок 1970-х подтвердил опасения: лишившись части поставок нефти и столкнувшись с резким ростом цен многие западные страны впервые сделали энергетическую безопасность одним из столпов своей экономической (а порой еще и внешней) политики. Так, в 1970-е и 1980-е энергетическая безопасность фактически означала стабильность импортных поставок вопреки угрозам эмбарго и ценовых манипуляций со стороны стран-экспортеров.

Тем не менее, на практике подход к энергетической безопасности предполагал как краткосрочные аспекты (например, обязательное наличие запасов нефти и газа на несколько месяцев на случай сбоя поставок или всплеска спроса), так и долгосрочные: диверсификацию поставщиков, а также снижение зависимости от импортных углеводородов за счет роста энергоэффективности и поиска альтернативных источников энергоснабжения. С начала 2000-х расширенное определение энергетической безопасности стало формироваться и в академической литературе, в 2010-х все чаще встречается концепция четырех «А» энергетической безопасности: Availability, Affordability, Accessibility, Acceptability. Впервые такие четыре А упоминались в докладе японского Asia Pacific Research Centre об энергобезопасности в Азии, но затем перекочевали во многие другие статьи и исследования. Первые две «А» – то есть физическое наличие (availability) по доступной цене (affordability) – относятся к классическому пониманию энергетической безопасности, характерному еще для 1970-х и 1980-х. 

Вторые две «А» – отличительная особенность современного подхода, который, кроме прочего, показывает актуальность проблем энергетической безопасности и для самих стран-экспортеров энергоресурсов. Accessibility предполагает физический доступ к современному энергоснабжению для населения и бизнеса: например, возможность подключения к энергосетям, эффективное энергоснабжение для домохозяйств, развитую инфраструктуру и так далее. В этом смысле энергетическая безопасность внутри страны может быть проблемой и для стран, богатых энергоресурсами. Acceptability (в этом случае также используется термин sustainability) подразумевает, что энергоснабжение должно быть приемлемым с точки зрения защиты окружающей среды и целей устойчивого экономического развития. Внедрение зеленых технологий и провозглашенная США, ЕС и Китаем цель углеродной нейтральности – все это новые аспекты энергетической безопасности, важные при определении и политики самих этих стран, и стратегии стран-экспортеров энергоресурсов. 

 

Подготовила Маргарита Лютова